OperaTime.ru

Главная > Интервью > Людмила Монастырская: преданность нашей профессии должна быть на уровне самоотречения

Анатолий Руднев, 10 декабря 2018 в 15:10

Людмила Монастырская: преданность нашей профессии должна быть на уровне самоотречения

 

 

 

 

В этом сезоне обладательница феноменального по объему и красоте драматического сопрано Людмила Монастырская дебютировала в партии Леоноры в «Трубадуре» Берлинской Штаатсоперы. Критики не скупились на комплименты:

«Она прекрасна, удивительна, с позитивной энтропией, собственно она и является главной героиней этого спектакля! У певицы выдающийся по тембру и очень красивый голос, замечательно звучащий на всем диапазоне. Обертонально благородный тембр идеально сочетается с актерской выразительностью, что бывает у исполнительниц партии Леоноры исключительно редко. Певица очень точна в виртуозных пассажах, удивительно рельефно озвучивает низкие ноты, особенно в каватине…»,

«Ihr Sopran funkelt dunkel und herb. Farbglühend, aber auch mit dramatischer Kraft… Die verzierten Passagen meistert sie viel besser als Netrebko vor zwei Jahren, nach der Pause ist Monastyrska eine Leonora, die die Seelenqualen, die dieses unglücklichste aller Verdischen Frauengeschöpfe erleidet, beglückend vollkommen in Gesang abbildet…».

Мы начали интервью вопросом о «Трубадуре».

 

«Чем трагичнее роль, тем мне это интереснее»

 

Почему именно Леонора? Близка роль или партия хорошо ложится на голос?

— Леонора «случилась» только сейчас, потому что раньше не предлагали. Партия очень непростая. Она не слишком большая, но технически сложная. Сейчас для меня партия Леоноры сложнее, чем партия Абигаиль.

 

— Кого из оперных героев и героинь вы любите?  Кого не принимаете?

— Слушать это одно, а исполнять это совсем другое. Если роль совпала с моим сегодняшним душевным состоянием или настроением, значит это мое. Вот, например, партия Манон просто исключительно совпала. А как слушателю мне близка Аида, Лиза, Тоска.

 

— А как же Абигаиль?

— Она меня в каком-то смысле заряжает, поддерживает.

 

— А есть роли, которые забирают энергию?

— Да, конечно, та же Манон. Она и любимая роль, и одновременно опустошающая. Норма — еще один пример. Видимо из-за ее безответной любви, женская судьба… Трагическая история у Нормы.

 

— То есть роли опустошают, забирают энергию, но вы тем не менее хотите их петь дальше?

— Да, как и в жизни, этот спектр эмоций в конечном счете делает меня сильнее. Как феникс из пепла. (Смеется). Чем больше психологический спектр, чем трагичнее роль, чем безысходнее, тем мне это интереснее. Джоконда, к примеру, тоже очень интересная партия. А вот Амелия очень красивая в музыкальном плане партия, но она не имеет развития, она мне менее интересна. О Турандот могу сказать то же самое.

 

— Что делать, если предложенная роль или её трактовка режиссёром не нравится? Может, есть рецепт или личный пример преодоления подобных сложностей?

— Такое бывает нередко. Обычно я пытаюсь посмотреть на роль с другой стороны, с точки зрения режиссера, найти рациональное зерно, объяснить себе, зачем. В угоду публике или еще для чего-то… Вообще в процессе исполнения роли мне не очень хочется выполнять какие-то цирковые номера или валяться в пыли. Это мешает исполнению, особенно белькантовых партий. Но я человек неконфликтный, еще ни разу такого не было, чтобы я отказалась от участия по причине несогласия с режиссером. В моем случае до безумия еще не доходило. Хотя на «Макбете» я упала, довольно сильно ударилась, потому что был некоторый «перебор» — длинный костюм, наклонная и «холмистая» сцена… У певца достаточно задач по вокалу,  чтобы думать еще и о том, как бы не запутаться в одежде и не упасть (смеется).

 

— Какую музыку вам петь особенно легко, так, чтобы идеально ложилось на голос и на душу?

— Как я уже говорила, Манон ложится, а вот Турандот – нет. Маргарита из «Фауста» Гуно тоже не ложится, и давно, еще когда я только начинала… Микаэлу в свое время пела, но как-то не очень. То есть я пела, но без особой радости. Бизе, Гуно… Видимо французская опера – не для меня. Недду в свое время пела, но она меня тоже оставила равнодушной. Определенную сложность представляет собой русский репертуар. В частности, партия Лизы. Может тут дело в тексте: ц, г, з — «убийца, изверг», обилие звонких согласных. Они составляют определенную сложность. Так же и в немецком — многочисленные согласные затрудняют пение, на мой взгляд.

 

— Какое самое яркое музыкальное (оперное) впечатление в вашей жизни?

— Сложно выделить одно событие, ярких было очень много. Если из событий последних лет, то это 2014 год, Метрополитен, «Бал-маскарад» с Сондрой Радвановски и Дмитрием Хворостовским.

Если взять воспоминания из детства, то как и для многих детей тех лет, Робертино Лоретти.

Несомненно Мария Каллас в «Тоске» — на мой взгляд это феноменально. Я всегда внимательно отслеживаю и анализирую технику ее вокала, особенности дыхания…

Огромное впечатление у меня было от Леонтин Прайс.

 

«Я была бы филологом. Как мама»

 

А в детстве были какие-то значительные оперные впечатления?

— Мы жили в поселке, там не то что оперы, вообще театра не было.

С 15 лет я училась в Киевском музыкальном училище и стала посещать в Киеве оперный театр. Потом я поступила в консерваторию, примерно с третьего курса начала анализировать записи, разделять стили, стала понимать, кто моцартовская певица, кто россиниевская, а кто веристская. Я и сейчас люблю анализировать записи, причем с возрастом оценка меняется. Итальянских певцов, старую школу мне просто приятно слушать. Итальянская кантилена, правильная фразировка — это так здорово! Титта Руффо, позже дель Монако, Корелли…

 

— А когда вы поняли, что у вас есть голос?

— В 3-4 года, я очень любила петь. Когда к родителям приходили гости, я пела с удовольствием. Мама у меня тоже любит петь. Всегда все отмечали, что у меня незаурядные вокальные данные. В 14 лет я прослушалась в Киеве у моего будущего педагога по вокалу — Паливоды Ивана Игнатьевича, на то время заведующего вокальной  кафедрой  в музучилище Глиера. Он взял меня в свой класс, с 1990 года с 15 лет я начала у него учиться. С тех пор пою… (Смеется).

 

— А до этого вы ведь учились в музыкальной школе?

Я училась в музыкальной школе по классу фортепиано.

 

—И все-таки кто первый услышал ваши вокальные перспективы?

— Галина Ильинична и Сергей Михайлович Фурса.  Они тогда работали в общеобразовательной школе, в которой я училась. Это музыкальные работники, молодые специалисты, приехавшие туда по распределению. Она — хормейстер, он — баянист и композитор. Сейчас они на пенсии. Вот это и были те люди, кто меня первый услышал и оценил.

 

— Каким было ваше первое большое выступление пeред публикой?

— В старшей группе детского сада, лет в 5 или 6. На утреннике пела песню из фильма «Красная шапочка»: «Если долго-долго-долго…». Очень волновалась, забывала слова…

 

— Как часто вы вспоминаете «детство-юность»? Может быть поделитесь ярким воспоминанием?

— (После раздумья). Пряталась от бабушки на дереве. Бабушка ищет, зовет. А я на дереве высоко сижу, далеко гляжу (смеется)… Любили с ребятами под орошателями на полях стоять, мокнуть, потом болели. Много на воздухе была, вообще люблю природу, чтобы никого рядом не было. Я так заряжаюсь энергией.

Я родом из Черкасской области, Чернобаевский район — там очень красивые места, реки, озера…

 

— Вспоминаете ли школу? «Добрым» ли словом?

— Не сильно мне нравилась школа. У меня мама в моей же школе преподавала русский и украинский языки, и я сама старалась ответственно к учебе подходить, чтобы не подвести маму. К точным наукам душа не лежала. Со школьными друзьями не общаюсь, меня с ними ничего не связывает.

 

— Если бы вы не стали певицей, кем бы хотели быть?

— Я была бы филологом. Как мама.

 

— По каким языковым группам?

— Славянская группа наверное. А может быть и романская. Причем, может быть даже не чисто филология, а структурная лингвистика. Мне интересен анализ структуры языка. Либо это была бы археология. Или история, направление – Античность. Ну или еще вариант – психология. Тоже мне очень импонирует. Врачом – нет, я слишком жалостливая.

 

 

Блиц от Operatime

 

— Какой фильм вы бы посоветовали посмотреть?

— В юности одни, сейчас другие… Сейчас посоветовала бы два фильма  «Послезавтра» и «Hевозможное». Меня они поразили… Люблю такие фильмы про людей в экстремальных условиях.

И старые советские фильмы нравятся. «17 мгновений весны» — это вообще наше все. «Долгая дорога в дюнах», его я раз 15 пересматривала. «Ирония судьбы», «Осенний марафон», «Доживем до понедельника»… Пуаро тоже очень  нравится.

— Какой, с Питером Устиновым или с Давидом Суше?

— С Давидом Суше, конечно.

— Какая музыка вам особенно нравится и почему?

— Если как слушателю, то я, будучи украинкой, очень люблю украинские песни. Также мне очень нравятся неаполитанские песни. Они близки к украинским по мелодике. Если брать оперу, то мне как зрителю очень нравятся теноровые партии (особенно Каварадосси, Манрико), некоторые партии для меццо, например Эболи (мне ее партия нравится даже больше партии Елизаветы, хотя ее я тоже очень люблю).

— В каком уголке Земли вы в идеале спасаетесь от стресса?

— На природе. Там, где мало людей и мало машин, но много зелени. Можно погулять, чтобы никто не видел, погрузиться в свои мысли. Отвлечься от работы, от суеты, от проблем. Мне это очень помогает. Я по психотипу больше интроверт. Мне мешает лишний шум. С друзьями очень близкими люблю встречаться…

— Любите ли вы путешествовать?

— Стараюсь лишний раз не летать, если на машине или поезде — могу, но не летать, потому что я постоянно летаю по работе.

—Как предпочитаете проводить отпуск: «в шезлонге» или «в палатке»?

— В шезлонге однозначно!

— Что вы берете с собой в путешествие?

— Беру всегда планшет и телефон, книжки читаю электронные, вообще предпочитаю аудиокниги.

— Айфон или неАйфон?

— Предпочитаю Айфон.

— Гипотетический выбор домашнего животного: кошка/собака/золотая рыбка…

— Кошка. У меня кошка, у моей дочки две кошки.

— К каким порокам вы чувствуете наибольшее снисхождение?

— Чревоугодие (смеется),  иногда лень.

— Какое у вас любимое блюдо?

— Осьминог на гриле. Белую рыбу тоже люблю.

Oссoбукo люблю. В Милане возле алла Скала есть ресторан, в котором лучшee oссoбукo.

Ну и, конечно, борщ.

—Сами варите борщ?

— Конечно, разные варианты: с белыми грибами, со свининой, с говядиной, курицей. Я не люблю слишком наваристый, который из трех видов мяса, фасоли, чтобы ложка там стояла. Борщ — это ведь первое блюдо и должно таковым оставаться. Картошку в борще не ем, сметаны добавляю очень мало: кофейную ложку жидкой сметаны, «для картинки», потому что она портит вкус.

Например, моя мама готовит великолепный борщ, так, как у нее, у меня не получится. Она режет картошку крупно, добавляет капусту, свеклу, морковь с луком. Помидоры само собой и томатную заправку, сделанную собственноручно. А в самом конце, когда огонь выключен, добавляется мелко нарезанный чеснок. У мамы борщ с кислинкой. Я именно такой люблю.

— Какие современные политики вызывают вашу наибольшую симпатию/антипатию?

— Я не поддерживаю политиков, которые «раздувают» агрессию, которые таким путем пытаются заработать себе авторитет. Это я осуждаю. Я не сильна в политических раскладах, играх. Как гражданин я хотела бы, чтобы на моей земле все было мирно и благополучно.

— Какие исторические личности вызывают вашу симпатию?

— (Задумалась). Все исторические личности многогранны, у них есть как позитивные черты, так и негативные.

— А из мира музыки?

— Они тоже неоднозначные. Вот, например, Артуро Тосканини — прекрасный дирижер, но ведь он был тираном, капризным человеком. Для меня несомненно позитивны мои учителя по вокалу. И они мне ближе исторических личностей.

— Что считаете важнейшим в творчестве?

— Для меня очень важен личностный рост.

— Какие качества вы цените в коллегах?

— Важным считаю уважение к своей работе, бережное отношение к музыкальному материалу, если мы говорим о певцах. Позволю себе клише: надо не себя любить в искусстве, а искусство в себе. Уважение друг к другу среди коллег — это тоже очень важно. К певцам, оркестрантам, дирижеру, хористам.

— Верите ли вы в любовь с первого взгляда?

— С первого взгляда наверное нет. С первого взгляда человек чем-то «цепляет», может вызывать интерес с какой-то одной стороны. Потом постепенно интерес может усиливаться или, наоборот, угасать. Так что с первого взгляда — не верю.

— В каком столетии вы бы хотели пожить?

— Меня устраивает то столетие, в котором я живу, дискомфорта я не ощущаю.

— Вы преимущественно традиционалист или новатор?

— Больше традиционалист.

— Расскажите курьёзный, смешной или просто интересный случай из своей профессиональной жизни.

— Случаев много, но они для кого-то смешные, а для кого-то нет. Вот совсем недавно тенор запутался в одежде, забыл слова, это кому-то было смешно, а ему самому не до смеха. Я на «Макбете» сильно упала, на «Тоске» вообще чуть голеностопный сустав не сломала, это было не смешно. Кулисы на меня еще не падали, в яму оркестровую я тоже не падала. Пока. (Смеется).

В 2017 году на генеральной репетиции в Мет у нас загорелась сцена. Я пела Абигаиль, а Доминго пел главную партию. Я стояла спиной, не видела и продолжала петь. А публика (это была открытая «генералка») решила, что я не боюсь огня и пою несмотря ни на что (смеется). Сделали перерыв, тушили пожар около 45 минут.

 

 

Вы можете помочь нашему проекту: перевести с помощью способа, расположенного ниже, любую сумму — безвозмездно в поддержку сайта. Имя или никнейм каждого дарителя, пожелавшего заполнить поле «Комментарий», появится в разделе «Они нас поддержали».

Чтобы поддержать сайт, перейдите по ссылке -> Помочь сайту.

Спасибо!

 

Комментарии: