OperaTime.ru

Главная > Рецензии > Der Freischütz в Баварской опере

Анатолий Руднев, 7 декабря 2021 в 14:29

Der Freischütz в Баварской опере

Дмитрий Черняков © Anatoly Rudnev
«Театр во мгле затих. Агата
В объятьях нежного стрелка
Еще напевами объята,
Душа светла — и жизнь легка»
А.А.Фет 
"Ревель после представления Фрейшица". 1855


Любите ли вы "Вольного стрелка" так, как люблю эту оперу я, то есть всеми силами души вашей, со всем энтузиазмом?.. Если любите, тo обязательно должны были бы присутствовать на одном из спектаклей "Вольный стрелок", как это сделал я в Баварской Штаатсопере. Тем более, что постановка была осуществлена одним из самых лучших оперных режиссеров современности (Дмитрием Черняковым) и его командой.

Само произведение, являясь первой немецкой национальной оперой, несомненно, оказало влияние на развитие немецкой и французской романтической оперы, это, в частности, ранние оперы Рихарда Вагнера, «Фауст» Шарля Гуно и многие другие произведения.

В России, опера была переведена как «Волшебный стрелок» (что, на самом деле, более соответствует смыслу легенды, хотя в реальности причина такого перевода заключалась в цензуре и избегании таких понятий, как вольный стрелок), опера исполняется в России исключительно редко, а широкому кругу отечественных любителей оперы более-менее знакома лишь увертюра.

В постановке режиссер, как и следовало ожидать, отошел от классической истории с «волшебным лесом», и рассказывает «свою историю»: место действия — стандартный офис «компании большого города», более точно — конференц-зал компании. Куно — СЕО компании, довольно типичный руководитель американской компании 20-летней давности, либо руководитель современной российской компании либо российского филиала международной компании, «авторитарный руководитель». Макс и Каспар — его подчинённые. Макс — жених дочери Куно, Каспар — бывший спецназовец с посттравматическим синдромом, вероятно, с диагнозом из «большой психиатрии», так как налицо раздвоение личности (Каспар — он же Самиэль). Финал не хэппи-эндовский, и полностью соответствует произведению*, которое легло в основу либретто оперы, написанным Ф.Киндом. Рассказывать про постановку не имеет смысла, ее нужно просто увидеть, один раз или несколько, она (постановка) этого стоит, каждый из персонажей очень точно препарирован, все мизансцены идеально продуманы, получается очень интересная история.

Мне посчастливилось присутствовать на закрытой премьере почти год назад, постараюсь рассказать о сходстве и различиях двух спектаклей в музыкальном плане. Оркестр сейчас звучал на порядок лучше: это и изысканное сочетание тембров проработанной симфонической ткани увертюры, ее контрастная рельефность, плавная линия валторн, и отлично исполненная кода в финале увертюры. Небольшая «ложка дёгтя» — это две фальшивые ноты деревянных духовых сразу после увертюры. В сцене Wolfsschlucht идеально звучали деревянные духовые инструменты (флейты и тромбоны), а также валторны и литавры.

Неудачным, на мой взгляд, был ввод нового исполнителя партий Каспара/Самиэля. Вместо Кайла Кетельсена в спектакль был введён Томаш Конечны, который не обладает такой демонической внешностью как Кайл (а это необходимое условие), он недостаточно интонировал разницу Каспара/Самиэля, также в начале сцены в Wolfsschlucht в отличие от Кайла на премьере — Томаш неестественно «крутил брелок» (кто видел премьеру в деталях — меня поймут). Плюс он переставил слова: вместо Salbe mir so Kraut als Blei он сказал Salbe mir so Blei als Kraut, смысл не так важен, как форма, которая была потеряна, мелочь, но важно!

Исполнитель партии Макса, тенор Павел Чернох – обладатель не очень сильного и светлого по тембру голоса с хорошей кантиленой. Он не всегда перекрывал оркестр, но в дуэтах и ансамблях был очень органичен..

Партия Макса имеет два «полюса» — лирический и героический. Надо признать – лиризм всегда перекрывал героизм, что соответствовало постановочной концепции.

Голда Шульц (Агата) показала удивительную технику проекции эмоций в вокал, что очень важно в партии Агаты. И, конечно, следует отметить ее филигранное владение динамическим mezzо piano с сохранением всех качеств опертого смешанного звукообразования.

Замечательно проявила себя Анна Прохазка (Энхен). Обладательница звонкого и подвижного лирического сопрано, она вокально и актерски справилась с партией на отлично.

Прекрасное исполнение показал исполнитель партии Отшельника-Эремита Георг Цеппенфельд: тембр, фокусировка, интонации — все это было идеально.

Вокально немного разочаровал уже упомянутый исполнитель партии Каспара. Партия – непростая, идеальный исполнитель должен обладать «темным», густым и глубоким басом, и голос должен быть очень «подвижным». Ну и само собой должны быть брутальность и демонический окрас голоса. Ни того, ни другого, ни третьего у исполнителя нет, арию «Scweig, schweig! Damit dich niemand warnt» он спел бесцветно и плоско.

В целом, получился прекрасный спектакль, который прошел буквально «на одном дыхании».

* А.Апель. Книга страшных историй

Вы  ̶м̶о̶ж̶е̶т̶е̶ ̶с̶о̶с̶т̶а̶в̶и̶т̶ь̶ ̶с̶ч̶а̶с̶т̶ь̶е̶ ̶ц̶е̶л̶о̶й̶ ̶ж̶и̶з̶н̶и̶!̶ ̶И̶ ̶о̶н̶о̶ ̶в̶а̶м̶ ̶н̶и̶ч̶е̶г̶о̶ ̶н̶е̶ ̶б̶у̶д̶е̶т̶ ̶с̶т̶о̶и̶т̶ь̶!̶ ̶В̶ы̶ ̶з̶н̶а̶е̶т̶е̶ ̶т̶р̶и̶ ̶к̶а̶р̶т̶ы̶  можете помочь нашему проекту: перевести с помощью способа, расположенного ниже, любую сумму — безвозмездно в поддержку сайта. Имя или никнейм каждого дарителя, пожелавшего заполнить поле «Комментарий», появится в разделе «Они нас поддержали».

Чтобы поддержать сайт:

Paypal: a.rudnev@yahoo.de

Спасибо!

Комментарии: